![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)
— Ну хорошо, хорошо. Я иду. Спокойной ночи вам обоим. Шантел, проследи, чтобы твой повар испек на завтрак вафли, хорошо?
— Спокойной ночи, папа. — Она подставила ему щеку для поцелуя, но ее глаза были устремлены на Квина.
Поднимаясь с женой по лестнице, Фрэнк все требовал, чтобы она сообщила ему, что за сюрприз его ждет.
— Ты была права, — прошептал Квин, когда в комнате снова наступила тишина.
— В чем?
— Ты была великолепна. Он встал и подошел к ней. Взяв ее руки, он повернул их ладонями вверх я прижался к ним губами. — Чем больше я общаюсь с тобой, — прошептал он, — чем больше узнаю, тем больше я тебя хочу.
Шантел стояла не отнимая рук. Ее глаза сверкали.
— Никто в моей жизни не вызывал у меня таких чувств, как ты. Мне нужно, чтобы ты в это верил.
— Мне самому важно в это верить.
Они были близки, очень близки к последнему шагу. За ним — обязательства, обещания, зависимость. Квин почувствовал, что балансирует на самом краю, готовый уже уступить, но боялся, она оттолкнет его, если он станет торопить события.
— Скажи мне, чего ты хочешь, Шантел.
— Тебя. — Она сказала это совершенно искренне, не требуя от него больше, чем он готов был дать. — Я хочу только одного — быть с тобой.
«Как долго?» — хотел он спросить, но его остановил страх. Он будет с ней сегодня ночью и постарается быть завтра. — Пойдем спать.
Держась за руки, позабыв обо всем на свете, они поднялись по лестнице.
Они оставили включенным ночник у кровати. «Страшно, подумала Шантел, — что сердце мое так бешено колотится, что нервы мои так напряжены, хотя я уже хорошо знаю, что мы можем дать друг другу». Почему с ним у нее все по-другому? Не так, как с ее первым мужчиной. Словно в первый раз. Словно единственный раз.
Она подставила свои губы, предвкушая его требовательный поцелуй.
Но сегодня он был с ней очень деликатным. И очень нежным. Он мягко коснулся ее губ, и она почувствовала, как расслабились ее мышцы и все внутри начало таять. Он взял ее лицо в свои руки, и прикосновение его больших пальцев к шее было похоже на эротический массаж. Вверх-вниз, вверх-вниз… Почувствовав, что улетает куда-то, она выдохнула его имя.
Что это за страсть, если она крадется так тихо? Желание уже сжигало ее, но с каждой его лаской оно смягчалось — и снова возгоралось. Его губы мягко скользнули по ее лицу, словно он хотел запомнить его черты с помощью прикосновений и на вкус. Его поцелуи, заставляющие вскипеть кровь, запечатали ее рот. Квин обвел его языком и задержался, чтобы лениво куснуть ее нижнюю губу. Голова у Шантел закружилась.
Она для него бесценна. «На этот раз, — пообещал себе Квин, — я докажу ей это». Он знал, какая красота скрывается внутри ее души. Он будет ценить ее. Квин запустил пальцы в волосы Шантел и провел по ним, наслаждаясь их шелковистой мягкостью. Он что-то прошептал, она вздохнула и прижалась к нему.
Его губы продолжали изучать ее губы, а руки расстегивали пуговицы на спине. Расстегнув застежку, Квин провел руками по проступающим сквозь кожу позвонкам так осторожно, как будто это было хрупкое стекло. Шелковое платье скользнуло на пол, и Шантел задрожала всем телом. Она была обнаженной и теплой. Сердце Квина забилось в его горле. Ему показалось, что она весь вечер ждала этого момента.
Квин отстранился, чтобы оглядеть ее всю при свете лампы. Она была такой маленькой, такой изысканной. Кожа напоминала фарфор, а формы были словно отлиты из алебастра. Волосы Шантел падали на плечи и заканчивались у основания грудей. У нее была узкая грудная клетка. Он провел по ней руками, удивляясь, что в таком хрупком сосуде таится такая сила духа. Талия Шантел была необычайно тонкой, он мог бы, наверное, обхватить ее двумя пальцами. Она мягко переходила в линию стройных бедер и длинных красивых ног.
— Какая ты красивая! — Он поднял голову и, встретившись с ее взглядом, произнес сдавленным голосом: — От тебя у меня захватывает дух!
Шантел сделала шаг вперед и оказалась в его объятиях.
Ткань его рубашки показалась ей грубоватой, когда коснулась ее обнаженной груди. Прикрыв глаза, Шантел приникла к Квину так плотно, что заставила его рот раскрыться. Ее язык дотронулся до его языка и начал свое молчаливое, экзотическое обольщение. В это время его пальцы бегали по ее телу с таким же изяществом, с каким до этого ее пальцы бегали по клавишам рояля.
В окно ворвался порыв ветра, предвещая дождь. Шантел вдохнула ночные ароматы, смешавшиеся с мускусным запахом страсти. Медленно и столь же бережно, как и он перед этим, она раздела Квина.
![](./images/np_l.gif)
![](./images/np_r.gif)