98 
— Мама, мамочка, — шептал ребенок, прижимаясь к щеке Констанции. Наследник короля Пьемонта вздрогнул, когда услышал грохот.
— Все кончено, — прошептал четырнадцатилетний Витторио. — Я — король Пьемонта.
Но встать из-за стола он был не в силах, как ни старался, так и не смог. Вскоре дверь распахнулась и на пороге появились граф Монферран, маркиз Лоренцетти и четверо офицеров.
Маркиз и граф сняли шляпы и низко поклонились.
— Ваше величество, — произнес маркиз Лоренцетти.
— Слушаю вас, — с трудом выдавил из себя Витторио.
— Вот ваша королевская печать, — маркиз разжал ладонь, и на стол лег тяжелый королевский перстень-печатка. На руках маркиза Лоренцетти была еще свежая кровь.
Четырнадцатилетний Витторио дрожащей рукой взял перстень, зажал его в кулак, затем поцеловал его и попытался надеть на указательный палец.
Конечно же, массивный перстень был велик для еще детской руки короля.
Ничего, ваше величество, перстень можно немного уменьшить.
Не стоит, маркиз. Я надеюсь, со временем он будет мне впору.
Да-да, ваше величество, — закивал головой граф Монферран, — не пройдет и двух лет, как этот перстень
Станет вам впору.
— Граф, а как он? — спросил наследник. Граф ничего не ответил, кивнул головой и только сейчас заметил, что кружевная манжета его рубахи тоже испачкана кровью.
— Простите, ваше величество, я должен привести себя в порядок.
Граф Монферран учтиво поклонился четырнадцатилетнему монарху и торопливо покинул зал.
Констанция торопила кучера.
— Скорее, скорее! Как можно скорее! Кучер стегал лошадей, и карета с гербом графа де Бодуэна мчалась от Турина к французской границе, туда, где Констанция была когда-то счастлива, туда, где, как она надеялась, будет счастлива вновь.
98 
