Последние отзывы

  113  

Груздев сделал трагическое лицо.

– А вы знаете, что Малиновская погибла? – понизив голос, сообщил он. – Это ужасно! Я до сих пор не могу прийти в себя. Понимаете, это нельзя назвать любовью. Но ее красота действовала на меня магнетически. Если бы она приказала мне убить – я, наверное, убил бы, честное слово!

– Теперь это все позади, – успокаивающе сказал я.

– Но, понимаете, знать, что в твоей душе таится такая страшная бездна! – беспомощно произнес Груздев.

– Она таится в каждой душе, – философски заметил я. – Главное, не открывать крышку, не так ли?

Николай Петрович грустно рассмеялся. Мы еще немного помолчали, и я сказал:

– Ну я, пожалуй, пойду… Удачи вам!

– И вам удачи! – ответил Груздев, горячо пожимая мне руку. По-моему, мне удалось снять с его души тяжкий груз.

Уже в лифте я начал распутывать бечевку на картине. Закрыв за собой дверь квартиры, я, не снимая плаща, прошел в комнату и развернул бумагу.

В моей захламленной сумрачной комнате вдруг словно сверкнул луч чистого осеннего солнца и прорезалась прозрачная небесная синева. Мягкие звенящие краски сентября притягивали взгляд. Все остальное будто растворилось в танце золотых листьев, в бликах золотого церковного купола.

Я почти почувствовал дыхание ветра, царившего на полотне, и почти услышал стук каблучков девушки в синем плаще, идущей мне навстречу по тихой улице. Лохматый художник оказался прав – моя громоздкая фигура была бы на картине абсолютно неуместной. В таком же виде она оставляла ощущение негромкого волшебства, которое не отпускало ни на минуту.

И я не слишком удивился, когда в прихожей зазвенел звонок. Когда я открыл дверь, на пороге стояла Марина.

– А я чувствовал, что ты придешь! – с улыбкой сказал я.

  113