ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Две розы

Нереальная история, но очень добрая. Жаль, что не было развития в отношениях Кола и Элионоры. И жаль, что скомканный... >>>>>

Роза на алтаре

Очень, очень, очень понравилась книга Вообще, обожаю романы Бекитт!!! Как всегда, интересно,... >>>>>

Змеиное гнездо

Как всегда, интересно >>>>>

Миф об идеальном мужчине

Чуть скомканно окончание, а так очень понравилось >>>>>

Меч и пламя

Прочесть можно, но ничего особо интересного не нашла. Обычный середнячок >>>>>




  59  

– Ну? – спросил Андрей, поворачиваясь к спутнику.– В чем дело?

– Их нельзя было убивать сейчас,– ответил Вошь.

Подхватил обе сумки и зашагал к дощатому домику с белой надписью «Кукличево». Объяснил, называется.

Ласковин догнал его.

– Кого нельзя убивать?

– Этих,– Вошь мотнул головой в сторону ушедшего поезда. И добавил, словно извиняясь: – Они нас не скоро найдут.

– Ну ты маньяк! – выдохнул Ласковин.

До него, наконец, дошел смысл сентенций спутника.

– С чего ты взял, что они станут нас искать? Что они вообще имеют к нам отношение?

– Я их видел. Когда ты покупал билет, они подошли к той же кассе.

– И это все?!

– Другие кассы были ближе,– рассудительно проговорил Вошь.– И молодой слишком долго разговаривал с кассиршей. Думаю, просил билеты в наше купе.

– Какой ты наблюдательный! – язвительно произнес Ласковин.

– Да,– согласился Вошь.

Сарказм Ласковина он проигнорировал.

В станционном домике оказалось тепло и шумно. Шум исходил от компании парней, расположившихся на одной из двух скамей. На второй скамье спала замызганная пьянчужка в стоптанных валенках. Окошко кассы прикрывала фанерка с надписью «Не стучать!». Из расписания, прилепленного над кассой, явствовало: здесь ходят электрички, и первая из них появится через два с половиной часа.

Парни из шумной компании начали проявлять интерес к вновь прибывшим. Выражалось это в тычках пальцами и вызывающих репликах. Ласковину совсем не хотелось разборок. Он предпочел бы вздремнуть пару часов. Но стоя он спать не умел, а присесть оказалось некуда.

Хитрый Вошь уселся на сумку и закрыл глаза. Выглядел он безмятежно. Ласковин прислонился к стене, удерживая боковым зрением веселую компашку. В том, как будут развиваться события, сомнений не оставалось. Двое прилично одетых мужчин на занесенном снегом полустанке. И тусовка местных шишкарей, судя по жаргону, не слишком законопослушных.

Компания выделила гонца. Самого мелкого, на заводку.

– Слышь, мужик, угости сигареткой!

– Отвали,– не поворачивая головы, сказал Ласковин.

– Блатной? – осведомился шишкареныш.

Ласковин промолчал.

– А хош я те ухо отрежу? – в руках «заводчика» обнаружился ножик, сточенный в тонкую полоску стали.

Позади тут же сформировалась «группа поддержки».

Вошь приоткрыл глаз.

– Я сам,– предупредил Ласковин.

Методы его напарника, как правило, отличались излишней радикальностью.

Вошь прикрыл глаз.

Пока шишкареныш вертел в пальцах ножик, его приятель совершил опрометчивый поступок. Подобрался к Ласковину сбоку и по-молодецки взмахнул кастетом. Андрей без особого труда поймал его за руку и отправил в объятья товарища. Заодно носком ботинка проверил крепость коленной чашечки шишкаренка.

– Уй, блядь! – выдохнул тот. И еще раз: – Уй, блядь! – когда восходящим движением того же ботинка Ласковин вышиб у него нож.

В рядах тусовки возникло некоторое замешательство. Джентльмен типа Сигала непременно дал бы им возможность прийти в себя. Но Ласковин не был человеком из Голливуда. Посему он сделал три шага вперед и провел хорошую длинную серию, в результате которой малоподвижные субъекты стали совсем неподвижными.

За спиной Андрея Вошь издал неопределенный звук. Одобрял он происшедшее или, наоборот, осуждал – осталось загадкой. Пока Ласковин прикидывал, как утилизировать разложенное на полу мясо, Вошь встал, расстегнул сумку и, покопавшись, извлек тот маленький автомат с откидными прикладом, который прихватил с собой из подземного логова. Выбрав из супротивников самого татуированного, Вошь привел его в чувство неделикатным пинком по голени, а когда тот недовольно замычал, Вошь взял местного жителя за мясистое ухо, поднес к его ноздре ствол и спросил:

– Хорошо пахнет?

Судя по поведению, запах местному не понравился.

Вошь отпустил ухо, вытер пальцы о штаны.

– Встал и вышел,– спокойно сказал он.

И собеседник безропотно выполнил команду – поднялся, матерясь и шипя от боли, и похромал на улицу.

Вошь присел подле следующего, и процедура повторилась.

Спустя несколько минут «мяса» на полу не осталось. Двум последним не понадобилось даже обнюхивать автомат.

– Хорошее начало,– проворчал Ласковин и, смахнув на пол газетку с закусью, улегся на скамью, подложив под голову шапку. Почему-то он был уверен: побитая рать не вернется. Вошь задремал еще раньше, чем Ласковин. У парня не нервы, а титановая проволока.

  59