141 
Вдруг Энн остановилась перед Викторией. Элегантная в своём небесно-голубом шелковом платье.
Она была ниже Виктории на три дюйма.
Старая дева и гувернантка.
Две женщины, которые раньше не знали любви, но которые сейчас сияли от любви мужчины.
Виктория торжественно извлекла прямоугольный, обернутый шелком футляр из своего ридикюля.
— Я принесла вам с Майклом свадебный подарок.
В светло-голубых глазах Энн отразилось удивление Габриэля. Его пронзила боль оттого, что Виктория посчитала необходимым держать свой подарок в секрете.
Вспыхнув от удовольствия, Энн приняла обернутый шелком футляр.
— В этом не было необходимости. Ты и Габриэль — это все, чего мы желали.
Яркий румянец окрасил щёки Виктории.
— На самом деле, это пустяк. Просто вещица, которой ты так восхищалась.
Энн замерла.
— A godemiché?
— Нужного размера, — ровно ответила Виктория.
Смех.
Он зародился в грудной клетке и вырвался из горла Габриэля.
Вместе со смехом пришла потребность в Виктории.
Слепо раскрыв объятия, Габриэль прижал её спиной к своей груди. Виктория застыла от изумления, выпрямив позвоночник и устроив ягодицы в нише его паха. Он сомкнул руки вокруг женщины, которая сначала подарила ему прикосновение, а сейчас подарила смех. Виктория тут же растаяла: ее кости становились его костьми, ее плоть становилась его плотью.
Фиалковые глаза поймали его взгляд.
И Габриэль вспомнил…
Il est bien, Gabriel… Всё хорошо, друг.
Смех тут же стих.
Всё, действительно, было хорошо.
Повернув голову к теплому аромату ее кожи, Габриэль прошептал слова, которые не мог больше сдерживать в себе:
— Je t'aime, Victoire.
КОНЕЦ
141 
