168 
– Я тоже видел эту тварь, – спокойно сообщил Эспер. – Так что мне нетрудно тебе поверить. А теперь я снова задам вам вопрос – и будет лучше, если кто-нибудь на этот раз мне ответит. Два путника. Мужчина и светловолосая женщина. Они пришли с двумя детьми, мальчиком и девочкой, пастухами по имени Этлод и Аосли. Где я могу их найти?
– Возможно, они в «Солдате и закладе», – откашлявшись, неуверенно предположила женщина средних лет.
– Эй там!
Со стороны холма послышался громкий окрик, и, обернувшись, Эспер увидел, что со стороны городских ворот к ним приближается всадник. Он был облачен в рыцарские доспехи, а на лбу его черного жеребца виднелась белая отметина.
– Да? – отозвался Эспер.
– Это ты – Эспер Белый?
– Да.
– Тогда тебе нужно говорить со мной.
Всадник протянул руку, и Эспер пожал ее, а затем рыцарь представился сэром Переном, вассалом грефта Фаустрема, правящего в Хаймете. Лесничий вскочил в седло Огра, и они вместе поднялись на холм.
– Твои друзья рассказывали о тебе, – сообщил Перен, когда толпа осталась позади. – Винна и Эхок.
– Вы их знаете? Где они?
– Не стану тебе лгать, – ответил Перен. – В последний раз я видел их сегодня утром. Они умирали. Возможно, сейчас они уже мертвы.
– Тогда отведите меня к ним, – угрюмо сказал Эспер, понимая, что его голос звучит слишком резко, но не в силах с этим совладать.
Перен взглянул на него.
– Значит, ты нашел лекарство? – спросил он.
Эспер оглянулся на погребальные костры, горевшие у них за спиной. Целый город, отравленный вурмом, а у него лишь одна седельная сумка целебных плодов.
– Грефт отравлен? – спросил он, избегая прямого ответа.
– Нет, но его сын вел нас на ваурма, – ответил сэр Перен. – Он тоже при смерти.
Эсперу показалось, что рыцарь нервничает.
Он расслабил плечи и вздохнул. Они его ждали. Эхок или Винна сказали кому-то, что он отправился за противоядием, и елух распространился.
Стал ли он пленником? Получалось, что так. Конечно, он мог убить Перена и сбежать, но тогда Винна и Эхок наверняка умрут, если, конечно, еще не умерли.
– Я взгляну на своих друзей, – сказал Эспер. – А потом мы посмотрим, что можно сделать для сына грефта.
К тому времени, как они подъехали к башне, к Перену присоединилось еще два вооруженных человека. А когда они миновали внешние укрепления, слуга увел Огра, единственного союзника Эспера. В покои грефта Эспер входил уже в сопровождении семи рыцарей.
Греффи Фаустрем было не слишком большим и процветающим, и зал для аудиенций отражал это своей скромностью. Древний дубовый трон стоял на небольшом каменном постаменте, а за ним висел флаг с изображением сокола, держащего в лапах скипетр и стрелу. Сидящий на троне человек был очень старым, с длинной седой бородой, спускавшейся ниже пояса, и серыми слезящимися глазами.
Перен преклонил колено.
– Грефт Энзил, – сказал он, – это Эспер Белый, королевский лесничий.
Тело старика затряслось, когда он с трудом поднял голову. Он долго смотрел на Эспера, прежде чем заговорил.
– Я думал, что у меня никогда не будет сына, – наконец произнес грефт. – Казалось, святые были против. Я уже почти потерял надежду, но, когда мне исполнилось шестьдесят, они сотворили чудо и подарили мне Эмфрита. Эмфрита, моего славного мальчика. – Он наклонился вперед, его глаза заблестели. – Ты понимаешь меня, лесничий? У тебя есть дети?
– Нет, – ответил Эспер.
– Нет… – повторил Энзил. – Тогда ты не сможешь понять. – Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. – Три дня назад он выступил против твари, которой, как я думал, просто не бывает на свете. Он сражался как герой и также пал. Он умирает. Ты можешь его спасти?
– Я не лекарь, милорд, – сказал Эспер.
– Не нужно делать из меня посмешище, – резко оборвал его старик. – Девушка нам сказала. Ты отправился в Сарнвуд, чтобы найти средство от яда. Тебе это удалось?
– Она жива? – спросил Эспер вместо ответа. Люди, окружавшие Эспера, казались смущенными.
– Она жива? – повторил Эспер, повысив голос.
Энзил покачал головой.
– Она умерла, – сказал он. – Как и юноша. Мы ничем не смогли им помочь.
И Эспер вдруг уловил запах осенней листвы и понял, что смерть рядом, но не знал, наступила она уже или еще только приближается. Горло перехватило, глаза обожгло, но он лишь расправил плечи и согнал с лица всякое выражение.
– Тогда я хочу увидеть ее тело, – твердо сказал Эспер. – Прямо сейчас.
168 
