131 
— Кто взрастил и воспитал брата Окормлю?
— Корзень! — не в лад отозвалось несколько голосов.
— Кто возродил Младшую стражу по старине и заветам предков?
— Корзень! — отозвался хор голосов.
— Кто ныне подарил нам надежду на доброе будущее ратнинской сотни?
— Корзень! — теперь уже имя сотника выкрикнули все, или почти все.
— Так чего же вы ждете?
Первым спешился и подошел к Корнею, протягивая ему рукоятью вперед свой меч, десятник Леха Рябой. Корней принял меч и тут же, держа на раскрытых ладонях рукоять и конец ножен, с поклоном вернул оружие десятнику. Тот до половины выдвинул клинок, поцеловал его и, низко поклонившись, отошел в сторону, освобождая место следующему.
— Смотри, парень, внимательно смотри! — прошептал Мишке на ухо Аристарх. — Кто-то из них доживет до того времени, когда, вот так же, из твоих рук оружие примет.
Мишка смотрел. Сначала, на то, как ратники, один за другим, принимают оружие из рук Корнея-Корзня, потом, как проходят ритуальные испытания опричники, но мысли его витали далеко.
«Ну вот, вскрылся еще один пласт ранее недоступной информации… как матрешек одну из другой вынимают. Ладно, и с этим разберемся. А десятничество Тихона, надо понимать, приказало долго жить… так может быть, утащить отцовский десяток в крепость? На свежую росчисть, в новые дома… пойдут ли? С дедом поговорить надо будет, или с Аристархом, сначала? Наверняка же оставит меня после церемонии, что б поговорить.
Однако, сэр Майкл, он же Михайла, он же Ждан, он же Окормля… как, говорится: „Если хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах“. Даже не насмешка Фортуны, а форменное издевательство — начали вы с мыслей о создании православного рыцарского ордена, а закончили посвящением в преемники председателя тайного общества имени языческого бога Перуна. Чего только в жизни ни случается!»
131 
