ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Потому что ты моя

Неплохо. Только, как часто бывает, авторица "путается в показаниях": зачем-то ставит даты в своих сериях романов,... >>>>>

Я ищу тебя

Мне не понравилось Сначала, вроде бы ничего, но потом стало скучно, ггероиня оказалась какой-то противной... >>>>>

Романтика для циников

Легко читается и герои очень достойные... Но для меня немного приторно >>>>>

Нам не жить друг без друга

Перечитываю во второй раз эту серию!!!! Очень нравится!!!! >>>>>

Незнакомец в моих объятиях

Интересный роман, но ггероиня бесила до чрезвычайности!!! >>>>>




  43  

— Тамаки, — подмигнув Тодороку, заговорил Киндаити. — Если твоя мама вчера до одиннадцати где-то была с Мидзусимой, и, допустим, Катагири-сан была убита до этого часа, то ведь это алиби не только Мидзусимы, но и твоей мамы, так?

— Моей мамы? — вытаращила свои круглые глазищи Тамаки. — Но она никакого отношения к убийству не имеет!

— Ну как же? Они же были соперницами с покойной.

— Да нет, Мидзусима, может, и хотел от хозяйки чего, но она-то с ним и знаться не желала. Просто журналы мод ему одалживала, раз уж он просил. Через меня и передавала.

— Журналы? А вот таких среди них не было? — Тодороку, перемигнувшись с Ямакавой, извлек из-под стола «Фанси Бол».

Тамаки простодушно уставилась на обложку.

— Точно не скажу. Может, и были.

— Но их же через тебя передавали?

— Через меня. Но она такая аккуратная была, всегда их в бумагу завертывала. Ну и Мидзусиме тоже приходилось их так же возвращать, завернутыми. Сейчас-сейчас… — Она быстренько перелистала страницы. — Вообще-то мне кажется, что я этот журнал у него видела. А может, и здесь смотрела.

Значит, Киёми таки видела «Фанси Бол» у художника.

— Тамаки, ты ведь поднималась вчера с Мидзусимой на крышу двадцатого корпуса?

— Да.

— Он расспрашивал, как сегодня будут покрывать крышу варом?

— Точно не помню. Но Сабу-тян всегда говорит, что Мидзусима просто типичный человек искусства.

— В каком смысле?

— Любопытный ужасно. Всегда обо всем расспрашивает, прямо как ребенок. Иногда просто надоедает. А Эномото тоже считает, что эти люди все такие.

— Ну-ну! А что это за история, когда Сабу-тян хотел на озере Катагири-сан сфотографировать, а она рассердилась?

— Мы туда без него поехали. Просто мадам никогда никуда не выходила, а мы с Киёми сговорились и все же ее вытащили.

— А он сам к вам присоединился?

— Ну да. Я маме рассказала, а она Мидзусиме. А Мидзусима посчитал, что одному ему появиться там будет неудобно, вот и подбил Эномото и Сабутян. Они втроем нас догнали.

— Понятно. А потом?

— Мы катались по озеру на лодке, и вдруг прямо на нас другая — вот-вот столкнемся! Я как заору, как подскочу — мы чуть не перевернулись! А оказалось, это Мидзусима-сэнсэй и Эномото с Сабу-тян.

— Когда он фотоаппарат достал?

— Когда мы в лесу полдничать сели, часа три было. Хотел, наверное, общее фото на память сделать, но уж как-то неожиданно прицелился, и хозяйка страшно разозлилась.

— Так ни одного снимка и не сделали?

— Потом снялись, у меня дома есть. Только она в кадр не попала.

— И когда это произошло?

— Когда? Страшно жарко тогда было… А, вспомнила! Первое воскресенье августа. У нас здесь выходные первое и третье воскресенье.

Ямакава достал ежедневник.

— Первое воскресенье августа — это шестое число.

— Тамаки, а тебе известно что-нибудь об убитой? Чем она занималась прежде, где?

— А Киёми или Дзюнко что-нибудь знают? А еще лучше — Итами-сан?

— Да нет. Мы с этим вопросом просто замучились.

— Ну так, а я-то что? Уж если кто и знает, так это Итами-сан. Он вчера вечером сюда приходил, вот!

— Почему ты так считаешь? Ты что, видела, как он отсюда выходил?

— Нет, этого я не видела. Поэтому утверждать не могу, но все же…

— Пусть хоть неточно. Давай, рассказывай все, что заметила. Может, ты встретила его вечером, когда шла домой от Сабу-тян?

— Нет, не так было. — К девочке снова вернулась присущая ей непосредственность, глаза озорно смеялись. — Ладно уж, все расскажу. Я к нему пришла, а он говорит, у меня родные дома, и утащил меня гулять. Знаете, там за двадцатым корпусом внизу озеро есть? Его Таро называют. Вот мы туда и пошли. Но только…

— Что — «только»?

— Только не думайте, мы ничем таким не занимались. Сабу-тян к девчонкам не пристает, и я тоже не хочу стать, как мама. Он все о своих мечтах рассказывал, про киностудию. Его очень вдохновило, что Эномото так повезло. Там у озера огромный дуб растет, знаете?

— Да, с крыши видели.

— Вот мы прямо под ним и сидели, к стволу прислонившись. Вдруг— с другой стороны фонарик. И в нашу сторону двигается. А потом шаги послышались. Мы под деревом затаились, смотрим — это Итами-сан берегом прошел. Нас не заметил, вверх по склону поднялся и в эту сторону направился.

— Когда примерно это было?

— Точно в девять сорок.

— Откуда такая точность?

  43